Andy Novozhilov (commi) wrote,
Andy Novozhilov
commi

У попа был сын ...

Я тут было обещал продолжить рассказ о Деле моего деда, намереваясь осветить технологию высасывания из пальца расстрельных приговоров и "пройтись" по палачам - всем, кто так или иначе, приложил руку к этому убийству. Но в процессе подготовки материалов увлекся собственной родословной. Занятие это оказалось куда как более увлекательным и захватывающим, чем разбор инквизиторских приемчиков чекистов или их подлых биографий - всё-таки, перефразируя Бродского, "жертвы мне милей, чем кровопийцы".
Однако, не все так однозначно: в роду были не только жертвы. Об этом и хочется поведать.

Среди моих родственников по материнской линии было множество священников. В разное время предки отметились настоятельством почти во всех основных храмах Петербурга. Пожалуй, наиболее заметной фигурой можно считать моего прапрадеда - протоиерея Димитрия Тимофеевича Мегорского, магистра Санкт-Петербургской Духовной академии, настоятеля Знаменской церкви (на этом месте ныне вестибюль метро Пл. Восстания), а в конце жизни (1904-1909) и Казанского Собора.

Так вот, был у него племянник Виталий Иванович Мегорский, священник в Олонецкой губернии. Это был скромный, образованный и трудолюбивый поп. Пописывал дельные статейки в "Олонецкие Епархиальные ведомости", преподавал Закон Божий в школах и мотался по отдаленным "медвежьим углам" прихода со специально созданной "передвижной церковью". Служил о.Виталий одно время в Валазминском чугунно-плавильном заводе горного ведомства. Ну, не на заводе, конечно - просто именно так назывался поселок на реке Суна близ Порос-озера. Водные туристы знают это место в Карелии как "порог Валазма", где до сих пор сохранились руины завода. В поселке жило до полутора сотни жителей и имелась школа для детей рабочих. В этом, из-за присутствия о.Виталия не совсем забытом богом месте, в 1900 году родился его сын - наш герой Павел Витальевич Мегорский - ровесник века.
Павел

Мне довелось получить доступ к Служебной карточке Павла, откуда и взята биографическая информация о нем.

Детям духовного звания в то время практически всегда была одна дорога - идти по стопам отца в священники, не изменил ей и Павел: он - в духовной семинарии. Однако, заканчивает только три её класса. Революция 1917 года застаёт его в должности конторщика Центропродкома Мурманской железной дороги. Видимо, он выведен из духовного звания, что, как правило, происходило после отчисления из семинарии за "непонятливость и леность".

Отец же продолжает трудиться на просветительском и духовном поприщах: заведует и законоучительствует в церковно-приходских школах, а на Пасху 1918 года указом Святейшего Патриарха Священного Синода о.Виталий награждается наперсным Крестом.

Наверняка, работа конторщиком для 17-летнего парня - дело нелюбезное, но тут, как нельзя кстати, приключается гражданская война. Павел одновременно вступает в ВКП(б) и в Красную Армию. С партией получилось не очень: через два года он оттуда выбывает механически за неуплату членских взносов. С другой стороны и прям: какие, на хрен, взносы во время войны?!
Военная карьера складывается удачнее, хотя её и не назовёшь блестящей. Поначалу он рядовой красноармеец в стрелковой дивизии, но к концу 1919 года уже числится в перевязочном отряде - меньше стрельбы. Дальше больше:
1920 - переписчик и информатор. Видимо, образование даёт себя знать.
1921 - инструктор-организатор в Политотделе дивизии. Здесь же прошёл 4-месячные курсы политподготовки.
1922 - помвоенкома пограничного отряда.
1923 - ответственный организатор там же. Это, похоже, пик карьеры.
1924 - опять просто переписчик в 3 отдельной кавалерийской бригаде.

Воюет Павел, вернее, перевязывает, переписывает, информирует, инструктирует и ответственно организует на Восточном и Туркестанском фронтах в Казахстане и на Китайской границе, куда его дивизия докатилась, преследуя войска атаманов Дутова и Анненкова в 1920 году. Потом он ещё 4 года устанавливает Советскую власть на Юге, добивая басмачей.

Белое солнце пустыни и "остроконечных елей ресницы над голубыми глазами озер".

Карелия не просто снится - туда он возвращается в 1924 году, надевает нарукавники и становится сначала скромным делопроизводителем, а потом бухгалтером в Наркомфине. Свой среди чужих ... Скучно и голодно. Но мы умеем не только переписывать - мы умеем информировать.

1 декабря 1925 года Павел Витальевич приходит в ГПУ АКССР и становится агентом - н/н (Наружного Наблюдения?). Здесь и далее должности приводятся так, как они записаны в Служебной карточке ОГПУ, as is, со всеми сокращениями и дурацкими аббревиатурами, расшифровывать которые просто противно. н/н - Наружное Наблюдение - это последняя попытка.
Итак, путь чекиста:
  • октябрь 1926 - с/пом. Уполн.
  • май 1927 - пом. Уполн. по Кемск. у. с прикоманд. Инфо
  • июль 1927 - Агент
  • ноябрь 1928 - пом. Уполн. Инфо
  • 1929 - тут, похоже, понадобился его опыт по борьбе с контр. революц. бандами: Павел снова в Казахстане - видать, недобил басмачей в прошлый раз. Занимаясь этим увлекательным делом, он забывается и получает выговор с занесением в личную карточку за несвоевременное представление сведений в спецотдел. Это серьезный проступок.
То ли на этой почве, то ли просто "белое солнце" достало, а, может не только "елей ресницы" снятся ему - ведь он уже женат на Катерине Александровне (старше его на 3 года) - так или иначе, Павел зарабатывает неврастению в значительной степени и возвращается в Карелию, в с. Олонец. Здесь он поселяется с отцом, который к этому времени снял с себя сан священника. Снял сан - записано явно со слов сына. По другим же сведениям о.Виталий продолжал служить в церкви села Юргелица, что на окраине Олонца.

Несмотря на заключение врачебной комиссии о неврастении, аттестационная комиссия ГПУ АКССР делает вывод: Павел Витальевич Мегорский должности соответствует. Ещё бы! Неврастеники-то нам и нужны - грядут великие дела! Продолжаем:
  • апрель 1931 - шт. практикант нрзб: ст или Сиб, (что-то уж совсем непонятное, но ясно, всё-же, что практикуется в чём-то, и даже можно догадаться, в чём).
  • 6 мая 1931 заполняется данная Служебная карточка - совсем своим стал.
  • Пора повышать квалификацию: 17 февраля 1932 года Павел отправляется на 4-х месячные Курсы ПП. Опять те же 4 месяца политподготовки. 4 месяца сомнительной учёбы каждые десять лет - этого достаточно для настоящего чекиста!
  • июль 1932 - Уполномоч. СПО.
  • май 1933 - Уполномоч. УСО.
  • декабрь 1935 - Инспектор УСО УНКВД АКССР. Ведомство переименовали, теперь он не огпу-шник, а нквд-шник.
  • 23 марта 1936 - Дослужился! Присвоено спец-звание мл. Лейтенанта госуд. безоп.
Прикинем: офицер с образованием 3 класса духовной семинарии плюс 8 месяцев политподготовки. Но, думаю, среди своих он считался профессором.
  • Далее в Карточке следует запись от 14 августа 1937 года: Передан в АКССР. Это уже БОЛЬШОЙ ТЕРРОР.
Здесь пора оставить ёрнический тон - начинается трагедия.

Привожу справку:
Мегорский Виталий Иванович, 1868 г. р., место рождения: с. Черная Слобода, Вытегорский р-н, Ленобласть, русский, беспартийный, священник. Проживал в селе Олонец Олонецкого района. Арестован 26.02.1938 г. Тройкой НКВД Карельской АССР от 22.03.1938 г. осужден по ст. 58-10-11. Расстрелян 04.04.1938 г. у села Олонец.
Как всё знакомо и страшно: берётся 70 летний старичок, месяц мурыжится в тюрьме с допросами и пытками, затем "тройка", приговор, ещё пара недель ожидания, выводится на окраину села - и пуля в затылок.

А что сын? В тот же апрель-месяц 29 числа запись: Уволен в запас по ст. 38. п."в" гл. 7 положения о службе начсостава ГУГБ УНКВД. Основ. приказ НКВД СССР 814.

Ст.38 п."в" - это невозможность использования на работе в Главном управлении государственной безопасности. А приказ 814, наверное (пока его не удалось найти), говорит о "невозможности использования" родственников репрессированных. Хотя, может быть, я и не прав - такое не в стиле органов - возможно, Павел действительно "сломался". Дадим ему такую покаянную возможность. Тем не менее, Павел увольняется не насовсем, а в запас.

И по диагонали в конце послужного списка в карточке начертано:
Личное дело передано в ОК Казахской ССР (3 отд.) 08.10.1938.
Это похоже на ссылку. Но, всё же, в почти родной Казахстан под белое солнце.
Там следы Павла Витальевича Мегорского поповского сына теряются ...

А имя его отца - Виталия Ивановича Мегорского - внесено в поминальный список Новомученики, исповедники, за Христа пострадавшие в годы гонений на Русскую Православную Церковь в XX века.

Помянем.


Tags: генеалогия, история, религия, спецслужбы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments